Журнал КарауЛ.ру » Материалы за 11.06.2008

 
.::.

круто не круто

Автор: Andreyka от 11-06-2008, 15:59, посмотрело: 1206

0
Особенно мне нравятся отечественные подростки, имитирующие американских негров. Чем занимаются американские негры — наши тупорылые не понимают. Почему негры носят определённую одежду — наши тупорылые не знают. О чём негры «поют» в так называемых песнях — тоже понять не способны. Ума хватает только на то, чтобы раскрыв рот посмотреть, а потом немедленно повторить.

Вот идёт здоровенный негр в белой шубе, с тросточкой, в меховой шляпе — о, круто! Давайте тоже будем ходить в белых шубах, это круто! Нашему тупорылому невдомёк, что негр в шубе — сутенёр, убогое в уголовной иерархии существо, ниже которого — только лагерные петухи. Многие ли в России жаждут позиционировать себя как сутенёров? Я таких вообще не встречал. Но если так ходит негр — прекрасно, надо ходить так же! Ведь сутенёр — это круто, у него много денег (см. Шуба) и толпы доступных баб (см. Шлюхи)! Хорошо быть сутенёром — в шубе.

Кстати, известная передача «Тачка на прокачку» — она в оригинале называется Pimp My Ride, что в переводе обозначает «Засутенёрь мою точилу», то есть сделай так, чтобы моё ведро стало похоже на машину сутенёра — идиотской крикливой раскраски с дегенератскими «фичами», типа игровой приставки в кузове. Никакой функциональности, только идиотский внешний вид, а что ещё дебилу для полного счастья надо?

Или вот идёт другой негр, в пуховике на пять размеров больше, в здоровенных зимних башмаках на толстой подмётке. Наши тупорылые смотрят — о, круто! Давайте мы тоже будем ходить в пуховиках на пять размеров больше, и в башмаках на толстой подмётке — ведь это модно! Нашим тупорылым невдомёк, что данный фасон — типичный прикид негра-наркоторговца. Вообще в США тепло, и в подобном прикиде большой нужды нет (если не на Аляске живёшь). Но если весь день стоишь на углу и продаёшь наркотики, только такие шмотки тебя и спасут: здоровенный пуховик и башмаки на толстой подмётке. Ведь продавать наркотики — это круто! Постоянно на свежем воздухе, с интересными людьми. Плюс деньги, бесплатные наркотики и все девки твои (см. Деньги и Наркотики). А у нас кто продаёт наркотики? Бабы-цыганки да таджыки, и быть похожими на них отчего-то никто не хочет. А жаль.

Наряженый под негра дебил уверенно полагает, что он исключительно оригинален, что вокруг нет никого даже близко на него похожего! Дебилу невдомёк, что вокруг ордами бродят точно такие же дебилы как он, в одинаковых шмотках одинакового фасона. Как солдаты в форме — что рэпперы, что эмо, что остальные чмо. Оригиналы, my ass. И уж совсем не знают дети, что злые дяденьки производят это оригинальное барахло, которого «ни у кого больше нет» — пароходами, продают тупым «оригиналам» в специализированных лавках и поднимают серьёзные деньги. Кстати, правильно, делают — деньги дебилам ни к чему.

Или вот негр интересно жестикулирует — машет руками, по-интересному складывает пальцы. Это круто, давай и мы будем так же руками махать и пальцы растопыривать! Доморощенному дебилу невдомёк, что специальным образом сложенные пальцы — это цинк, которым один уголовник передаёт информацию другому уголовнику. Типа перед нами лох, братан, давай-ка его – тово! Или перед нами мент, давай и его — тово! Но доморощенный дебил значения жестов не понимает, он просто повторяет как обезьяна, копируя «крутое» и «непонятное». Красиво же! Что характерно, повторять распальцовки за русскими уголовниками — западло, а вот за уголовниками-неграми — круто. Зоопарк.

Все дебилы, что так старательно косят под негров-сутенёров/уголовников, решительно заявляют, что они ненавидят отечественных гопников (или, как они их называют, гопов). И категорически не слушают блатные песни на русском языке. Тут дебилов легко понять: отечественный гопник — он ведь моральный урод, может и отоварить. То ли дело негр! Негр — он из прекрасного далёка, красивый, в шубе, в меховой шляпе, вокруг него шлюхи прыгают, у него машина как попугай. Это у нас кругом бандиты — тупое бычьё. А у негров такого нет, у них — ГАНГСТЭРЫ. Это же совсем другой расклад, на них приятно быть похожим!

Но смотреть на дебилов всегда смешно, и я на них смотрю. Много лет смотрю на западных, несколько меньше смотрю на доморощенных. Доморощенные гораздо смешнее, ибо ни хера не понимают, но изо всех сил стараются «выглядеть круто». Получается нечто вроде папуасов, носящих на шее поломанный компас и отбитую половину столовой тарелки, а в правом ухе авторучку.
(c) Goblin.

Категория: Хорошо забытое, Чтиво

 

это не сон

Автор: Andreyka от 11-06-2008, 15:47, посмотрело: 914

0
Fieriya.
Сидим после праздничков работаем, вдруг как гром среди ясного неба адский храп новенького сотрудника. Подхожу потолкать.. смотрю последнее, что бедняга успел загуглить «Лекарство от храпа», меняю тихонько в строке поиска надпись на «Лекарств от Лунатизма» рядом кладу железную ножку от сломанного офисного стула полив ее кончик, кетчупом тихонько воссоздав в офисе панораму битвы с инопланетным разумом, все прячемся в соседнем зале, укладываясь в позах трупа. Звоним ему на рабочий.

Вид от лица главного героя в его пересказе после (в курилке):

DimsonN
«бл.., одупляюсь хватаю телефон там уже гудки, цепляю какуйто хню железную измазанную в красной дряни. Мне стыдно боюсь повернуться .. думаю мож не заметили, что я дрых.. потом мысль, а сколько я дрых? Глядь на часы на компе. бль 20 минут.. смотрю надпись Лунатизм.. начинаю тупить.. поворачиваюсь. спросить … а ааа (С) «Ну бля мужики мне хватило и плаката Тимошенко на половину пропущенного в шредере на полу» следующий кадр, вижу сцуко все трубки сняты, и там тишина.. в голове 3,14..ц по сильнее того, что вы устроили в офисе.. особенно когда видишь горизонтально торчащие женские сапоги из ванной и слышны стоны из соседней комнатыв думаю грабили!.. хватаю железо .. с дрожью в коленках иду в зал тихо открываю дверь и когда от туда выпадает рукав и я вижу вас всех скукожанных на полу, и орущих мне «НЕеееТТТ Дима!!! проснисььь Дима это СОН!!! НЕ надо больше!!! мне настает полный 3,14..ц!!!

Категория: Хорошо забытое, Чтиво

 

трудный зуб

Автор: Andreyka от 11-06-2008, 15:33, посмотрело: 1029

0
У моего знакомого, Фимы, магазин и три дома. Когда-то давно, еще в
Советском Союзе, жил Фима в Минске и работал зубным техником. Жил
относительно неплохо. Конечно, не так хорошо, как сейчас, но там никто
так не жил. Всего в жизни Фима добился сам. Его отец ушел из семьи,
когда мальчик был совсем маленьким. Ютились с мамой в коммуналке. С ними
жил еще и дед. Существовали на мамину бухгалтерскую зарплату и пенсию
деда, который всю жизнь проработал снабженцем, но так ничего и не
скопил. У матери забот хватало, и фактически воспитал Фиму дед. Преданы
были один другому до черезвычайности.

Однажды, когда деду было хорошо за восемьдесят, у него стали сильно
болеть зубы. Фима к тому времени уже жил отдельно, относительно зубов
деда был не в курсе и вообще считал, что в такие годы у всех съемные
протезы. Заглянул деду в рот и очень удивился, обнаружив там множество
крупных желтых зубов. Посадил деда в машину и отвез к себе в
поликлинику. После рентгена и осмотра подбили бабки – двадцать три
собственных зуба, но двенадцать из них перед протезированием нужно
удалить. Хирург сказал, что больше двух зубов в неделю удалять нельзя.
На том и порешили. Фима каждую неделю возил деда на удаление и пока шла
операция тихонько сидел в углу кабинета на всякий случай. На третью или
четвертую неделю хирург достал зеркало и указал деду на один из зубов.
— Сегодня, Яков Аронович, будем удалять только один зуб, вот этот. –
объяснил он, — это очень трудный зуб.
— Я знаю, это очень трудный зуб. – вдруг оживился дед и рассказал
историю, которую Фима никогда не слышал.

В 1941 году дед был в командировке в Москве. Вдруг жутко разболелись
зубы. Дед пошел к частнику. Частник сказал, что нужно удалить два зуба.
Один он удалит немедленно, а второй (тот самый) — очень трудный и его он
удалит завтра. Вырвал зуб и назначил время на завтра. А утром началась
война. Дед хотел бежать на вокзал, но зуб болел так, что все-таки
сначала поехал к врачу. Нашел закрытую дверь. Другого врача искать не
стал и помчался на вокзал. Чудом сел в минский поезд и уже дома узнал,
что утренний поезд, на который он собирался сесть, разбомбили немцы,
было много погибших. А зуб как-то перестал болеть и долго не напоминал о
себе.

В следующий раз этот зуб заболел в 1948 году, когда дед был в
командировке в Ашхабаде. Жуткая боль началась вечером и буквально
сверлила мозг. Дед решил разыскать дежурную аптеку, вышел из гостиницы и
побрел наугад. Очутился среди глинобитных заборов и понял, что
заблудился. Вдруг земля стала уходить у деда из-под ног – началось
Ашхабадское землетрясение. Большинство постояльцев гостиницы погибло.
Дед отделался несколькими синяками. А зуб снова перестал болеть.

После этого зуб беспокоил всего несколько раз и все по пустяковым
поводам. Как-то раз вдруг разболелся в ресторане, и дед так и не решился
даже попробовать очень аппетитную свиную отбивную, которую позволял себе
нечасто. Другой раз – когда ехал в командировку. В поезде попутчики
предложили записать пульку. Дед из-за боли отказался, а сотрудник
проигрался до трусов. Однажды зуб даже пошутил в свойственном ему
мрачноватом стиле. В начале шестидесятых на заводе, где работал дед,
вдруг исчез начальник отдела снабжения. На собрании ИТР парторг сообщил,
что он арестован по крупному валютному делу. В подробности парторг не
входил. После него выступил один из членов парткома, коммунист старой
закалки. Высказался в смысле, что и к остальным снабженцам присмотреться
не мешает. Якова Ароновича упомянул, сволочь, лично. По пути домой в
памяти у деда всплыли тридцатые годы, когда похожая история вылилась ему
в два года ссылки, да и то по большому везению. Дед распереживался.
Пришел домой, собрал «тюремный» чемодан, допил початую бутылку водки и
уснул, не раздеваясь. Ночью проснулся от дикой зубной боли. Посмотрел на
часы – было около четырех. Вдруг в дверь громко постучали. Дед надел
старый ватник, взял чемодан и пошел на выход. Оказалось приехали дикие
родственники из Новоград-Волынска. Телеграмму они дать не догадались, а
дверной звонок не заметили. Потом по зрелому размышлению дед решил, что
случай с отбивной тоже мог быть шуткой, хотя и с намеком.

История произвела на слушателей сильное впечатление. Задумались,
спросили болел ли зуб перед Чернобылем? Дед не помнил. Он был уже в том
возрасте, когда прошлое ближе настоящего. Хирург вздохнул, сказал, что
все-равно нужно удалять и вырвал. Зуб вышел на удивление легко. Фима
забрал зуб и позже распилил. Не обнаружил ничего особенного – зуб как
зуб. А через полгода дед умер. Присел после завтрака на диван отдохнуть.
Фимина мать пошла на кухню мыть посуду. Когда вернулась минут через
пятнадцать, дед сидел на диване в той же позе со спокойным и
умиротворенным лицом, но уже неживой.

После смерти деда Фима решил уезжать в Америку. Перед отъездом
распродавал все, что имел. Нажитое за многие годы превратилось в
несколько билетов до Нью-Йорка, тощую пачечку долларов и несколько
чемоданов с тряпьем и кастрюлями. Единственное настоящее достояние,
квартира, никак не продавалась. Покупатели испарялись один за другим, а
до отъезда оставались буквально дни. Фима свято верил, что все
оставшееся после отъезда точно пропадет, и занервничал. Вдруг маклер
привел человека. Прекрасно одетый, спокойный и уверенный в себе, он
буквально излучал надежность. Поговорили, нашли общих знакомых — все
достойные люди — и практически тут же ударили по рукам. А ночью Фиме
приснился дед. Лицо деда было искажено гримасой страдания, и он то и
дело тер щеку ладонью, как бы страдая от нестерпимой зубной боли. С утра
Фима стал срочно наводить справки о покупателе. Милый человек оказался
матерым квартирным аферистом. Фима мгновенно дал задний ход, а тут и
покупатель нашелся. С тех пор дед ему ни разу не снился.

Категория: Хорошо забытое, Чтиво

 

варево

Автор: Andreyka от 11-06-2008, 15:27, посмотрело: 1148

0
Жили-были дед да баба. Оба — медики. Дед — бывший хирург, жена —
бывший терапевт. Дед любил выпить. У хирургов, сами понимаете, это
профессиональное. А баба любила сдавать деда в вытрезвитель. Ну стерва
просто: только дед выпьет, она тут же к телефону, вызывает милицию
и сдаёт деда. И это его, профессионального хирурга, который той же
милиции и тем, кого она к нему привозила, не одну тысячу операций
сделал! И это его, который месяцами живёт на даче, обеспечивая на год
старую дуру соленьями-вареньями!
Короче, как-то однажды бабка опять раскипятилась.
— Ты почему, старый чёрт, до сих пор крышу на бане не перекрыл? Сколько
я тебе уже говорила об этом!
— Так это… гвозди доставал… а теперь вот их прокипятить надо…
— Что? Гвозди?! Прокипятить??!!!
— Да, да. А ты что, не знала? Тогда они дольше служить будут —
я по телевизору слышал в передаче «Наш дом — Россия».
— Ну, если так…
Бабка поставила на плиту кастрюлю, дед ссыпал туда гвозди, а сам
пошёл к соседу. Звонить. В психиатричку. Так, мол, и так, бабка моя
с ума давно сдвинулась, но я терпел, а теперь не могу. Прихожу я домой,
а она мне суп из гвоздей варит! Там сначала не поверили, но когда дед
сказал, что сам медик и назвал себя — приехали. Смотрят — точно!
В кастрюле — гвозди, а у плиты — бабка. Ну и повязали её…
Пока разбирались, дня три она там пробыла. Лечили успокоительными.
А когда вернулась, стала как шёлковая…

Категория: Хорошо забытое, Чтиво

 

Байка про находчивость.

Автор: Andreyka от 11-06-2008, 15:21, посмотрело: 973

0
Уж не знаю, правда ли. Не поручусь. Говорят, что старший Форд, основатель всей династии автомобильной, терпеть не мог евреев. И на работу их не брали на его заводах, и к себе он их не допускал. Только однажды к нему все-таки проник еврей и предложил купить киперную ленту — фабрика у еврея была, выпускала такую ленту. На обмотку она шла где-то в моторах. Раз уж, говорит ему Форд, вы ко мне попали, а секретаршу я уволю за то, что она вас допустила, то куплю я у вас киперную ленту. Но немного — от кончика вашего носа и до кончика вашего члена еврейского, и не больше. До свидания, впредь не появляйтесь. Ну, проходит месяц, новая секретарша уже у Форда, и опять этот еврей возникает. Я пришел, говорит он Форду, чтобы вас поблагодарить за исключительно большой заказ и заверить вас, что условие ваше я неукоснительно выполнил: поставил вам вагон киперной ленты. Форд молчит, онемел от ярости. Потому что, продолжает еврей, ровно десять тысяч километров разделяют кончик моего носа, который вот он, и кончик моего члена, который шестьдесят лет назад при обрезании остался в местечке под Витебском. Еще раз большое вам спасибо!

Категория: Хорошо забытое, Чтиво